Русские Самоцветы в ателье Imperial Jewelry House

Мастерские Императорского ювелирного дома десятилетиями занимались с самоцветом. Не с произвольным, а с тем, что отыскали в регионах от Урала до Сибири. Самоцветы России — это не собирательное имя, а конкретный материал. Горный хрусталь, извлечённый в приполярных районах, характеризуется особой плотностью, чем альпийские образцы. Шерл малинового тона с берегов реки Слюдянки и тёмно-фиолетовый аметист с приполярного Урала показывают включения, по которым их можно опознать. Огранщики и ювелиры бренда учитывают эти признаки.

Особенность подбора

В Императорском ювелирном доме не рисуют набросок, а потом разыскивают самоцветы. Часто бывает наоборот. Поступил самоцвет — родилась задумка. Камню дают определить форму изделия. Огранку подбирают такую, чтобы сберечь массу, но раскрыть игру. Порой самоцвет хранится в кассе долгие годы, пока не появится подходящий сосед для серёг или ещё один камень для пендента. Это неспешная работа.

Некоторые используемые камни

• Зелёный демантоид. Его обнаруживают на Среднем Урале. Ярко-зелёный, с «огнём», которая выше, чем у бриллианта. В огранке капризен.
• Уральский александрит. Уральский, с типичной сменой цвета. Сегодня его добывают крайне мало, поэтому берут материал из старых запасов.
• Халцедон голубовато-серого тона голубовато-серого оттенка, который именуют «камень дымчатого неба». Его месторождения находятся в Забайкалье.

Огранка Русских Самоцветов в доме часто выполнена вручную, старых форм. Применяют кабошон, «таблицы», гибридные огранки, которые не максимизируют блеск, но проявляют натуральный узор. Вставка может быть неидеально ровной, с бережным сохранением фрагмента породы на тыльной стороне. Это сознательный выбор.

Металл и камень

Оправа служит окантовкой, а не основным акцентом. Золотой сплав берут в разных оттенках — красноватое для топазов тёплых тонов, жёлтое золото для зелени демантоида, белое для прохладной гаммы аметиста. Иногда в одном изделии сочетают несколько видов золота, чтобы создать переход. Серебряные сплавы применяют нечасто, только для некоторых коллекций, где нужен сдержанный холодный блеск. Платину — для больших камней, которым не нужна конкуренция.

Результат — это вещь, которую можно распознать. Не по клейму, а по манере. По тому, как посажен самоцвет, как он развернут к свету, как сделана застёжка. Такие изделия не производят сериями. Да и в пределах одних серёг могут быть различия в тонаже камней, что считается нормальным. Это естественное следствие работы с натуральным материалом, а не с синтетическими вставками.

Следы работы остаются различимыми. На внутренней стороне шинки кольца может быть не снята полностью литниковая система, если это не мешает носке. Штифты креплений иногда оставляют чуть массивнее, чем нужно, для запаса прочности. Это не грубость, а подтверждение ручной работы, где на главном месте стоит долговечность, а не только картинка.

Связь с месторождениями

Imperial Jewellery House не покупает «Русские Самоцветы» на биржевом рынке. Налажены контакты со давними артелями и частниками-старателями, которые годами привозят сырьё. русские самоцветы Умеют предугадать, в какой поставке может встретиться неожиданный экземпляр — турмалиновый камень с красным «сердцем» или аквамаринный кристалл с эффектом «кошачьего глаза». Бывает привозят сырые друзы, и решение об их распиле выносит мастерский совет. Ошибиться нельзя — уникальный природный экземпляр будет испорчен.

• Представители мастерских выезжают на месторождения. Принципиально оценить среду, в которых минерал был сформирован.
• Закупаются партии сырья целиком для сортировки в мастерских. Отсеивается до восьмидесяти процентов камня.
• Отобранные камни проходят первичную оценку не по классификатору, а по субъективному впечатлению мастера.

Этот метод идёт вразрез с современной логикой массового производства, где требуется стандарт. Здесь нормой становится отсутствие стандарта. Каждый значимый камень получает паспорт камня с пометкой происхождения, даты поступления и имени мастера-ограночника. Это служебный документ, не для покупателя.

Сдвиг восприятия

Русские Самоцветы в такой манере обработки уже не являются просто вставкой в изделие. Они превращаются предметом, который можно созерцать вне контекста. Кольцо-изделие могут снять с пальца и выложить на стол, чтобы следить световую игру на гранях при изменении освещения. Брошь можно перевернуть изнанкой и увидеть, как камень удерживается. Это предполагает иной тип взаимодействия с вещью — не только носку, но и рассмотрение.

По стилю изделия стараются избегать прямых исторических реплик. Не делают реплики кокошников или боярских пуговиц. Однако связь с наследием присутствует в масштабах, в выборе сочетаний цветов, напоминающих о северной эмали, в ощутимо весомом, но комфортном ощущении вещи на теле. Это не «новое прочтение наследия», а скорее перенос традиционных принципов к нынешним формам.

Редкость материала задаёт свои условия. Коллекция не выпускается ежегодно. Новые привозы бывают тогда, когда сформировано достаточное количество камней подходящего уровня для серийной работы. Бывает между важными коллекциями проходят годы. В этот промежуток создаются штучные вещи по прежним эскизам или доделываются старые начатые проекты.

Таким образом Imperial Jewellery House функционирует не как фабрика, а как ювелирная мастерская, связанная к данному источнику минералогического сырья — Русским Самоцветам. Процесс от добычи камня до итоговой вещи может длиться непредсказуемо долго. Это долгая ремесленная практика, где временной фактор является важным, но незримым материалом.